Отражение. Опасность близко  - С. К. Ренсом

Кэллум в этот вечер объявился у меня ненадолго: Оливии, как он и предвидел, потребовалось больше помощи, чем обычно. Наш короткий разговор неминуемо вертелся вокруг Кэтрин.

– Я считаю, что придется поговорить с Мэтью, – признал Кэллум. – Он способен додуматься до такого, что не придет в голову ни мне, ни тебе, и к тому же может знать что-то полезное. Надо будет только удостовериться в том, что на этот раз нас никто не подслушает. – Он грустно улыбнулся, и я вспомнила, что когда он говорил с Мэтью о нашей странной ситуации, этот разговор услышала Кэтрин, после чего и приступила к осуществлению своего ужасного плана.

– А это реально? Вы с ним можете укрыться где-нибудь?

– Да, реально, – медленно сказал он, обдумывая мой вопрос. – Но мне надо быть очень осторожным – и очень хитрым. А это довольно слабые мои места. Кроме того, сейчас стало еще труднее осуществить это, потому что про тебя прознали все остальные. Каждый раз, когда я выкидываю что-то неожиданное, они обязательно думают, что это как-то связано с тобой.

– Уверена, у тебя все получится. Может, позвать на помощь Оливию?

– Я против. Если на нее начнут давить, она очень быстро сломается.

– Ты прав. Ну, я уверена, что ты что-нибудь да придумаешь, как всегда. – Я ободряюще улыбнулась ему, а затем довольно вздохнула, потому что он обнял мое изображение длинной сильной рукой. Выглядел он, однако, обеспокоенным; морщина на его лбу казалась глубже. И у меня снова заболело сердце – ведь я причинила ему столько бед и хлопот. Несправедливо, что он так страдает из-за меня.

Очень скоро ему пришлось уйти, оставив меня воскресным вечером в одиночестве. Было уже поздно присоединяться к Грейс, Джеку и к остальным в пабе. Похоже, Грейс с Джеком начали вести совместную жизнь, так что без Кэллума я стала бы немного завидовать их счастью. Госпитализация Грейс после таинственных событий в садах Кью дала новый толчок их отношениям, и это немного облегчило мне чувство вины, которое я все еще испытывала из-за того, что навлекла на нее такую ужасную опасность. Наши друзья полагали, что все будет достаточно сложно, поскольку никто из них не верил, что я не влюблена в Джека. Грейс была единственной, кто все понимал, и, как всегда, я благодарила судьбу за то, что эта чудесная девушка – моя лучшая подруга.

Так что передо мной неожиданно замаячил скучный вечер – мне предстояло смотреть с родителями телевизор. Однако из комнаты Джоша доносились какие-то интересные звуки, и я пошла выяснять, чем же он занят.

– Ах, это ты, – буркнул он, когда я, сначала постучав в дверь, просунула в нее голову; было ясно, что он готов был свернуть все окна на своем ноутбуке. Джош, как обычно, сидел на кровати посреди грязной одежды. Ноутбук примостился у него на колене, телефон лежал рядом. Я освободила себе место рядом с ним и легла на кровать.

– Привет. Не обращай на меня внимания. С кем ты чатишься?

– Да особо ни с кем. – Он пытался говорить самым обычным своим голосом, но его выдавала яркая золотистая аура, словно танцующая над его головой.

– Ах ты, врунишка! Ты с кем-то мутишь! Давай, покажи мне, кто это. – Какое-то время мы перетягивали друг у друга компьютер, но потом он сдался.

– Если ты расскажешь маме о том, что ты тут видела, то ты труп, понятно?

– Ага. Понятно. Я знаю это. Разве я когда-нибудь выдавала твои секреты? И мои тебе тоже хорошо известны.

– Похоже на правду, – неохотно сказал Джош.

– Так кто это? Что за девушка? – настаивала я.

– Клиона, – робко ответил он.

– Клиона! Как она поживает? Мы не разговаривали с ней целую вечность! У нее все хорошо? Что она делает в Лондоне?

Клиона была дочерью друга семьи. Она провела детство в Италии и Гонконге, и когда мы были маленькими, то регулярно переписывались. Потом нам надоело писать от руки, и мы потеряли друг друга из виду, но наши родители продолжали обмениваться рождественскими открытками.

– Она здесь по какому-то там обмену, и у нее свободный вечер. Завтра мы с ней собираемся выпить в Ричмонде.

– Прикольно. Я тоже в это время буду в городе. Мы с Грейс идем в кино, но это можно переиграть. Мне бы очень хотелось повидаться с Клионой.

И тут я, слишком поздно, заметила, что Джош сильно покраснел.

– Хммм. Тебе не обязательно встречаться с ней завтра. Она будет здесь довольно долго… – пробормотал он, избегая моего взгляда.

– Джош Уолкер! У тебя с ней свидание? Поэтому ты такой несговорчивый?

– Может, и так. – Он по-прежнему отводил взгляд.

– Точно! Ах ты хитрюга! Как долго это у вас продолжается?

– Совсем недолго. Сначала мы переписывались по электронной почте. Она написала мне сразу же, как только узнала, что окажется в нашем городе.

– Здорово! Тогда я пошлю ей сообщение.

Ответа я не дождалась. Джош, чье лицо было прикрыто густыми вьющимися волосами, явно начал кукситься.

– В чем дело? – вопросила я. – Что, я даже не могу написать ей по электронной почте? Она ведь и моя подруга!

– Отстань, а? – неожиданно попросил он. – Можно она несколько часов побудет только моей подругой?

Я села, удивленная этим всплеском эмоций.

– Ну конечно. Просто я не знала, что между вами что-то есть.

– Пока еще ничего такого нет. И никогда не будет, если ты встрянешь в наши отношения.

– О’кей. О’кей. Я не стану подходить близко к пабу. Обещаю тебе.

– Ну ладно, – скрепя сердце согласился он. – И пообещай еще, что ты ничего пока не будешь ей писать.

– Все, что пожелаешь. Я пересекусь с ней позже. – Я немного посомневалась, но не смогла отказать ему. – Бедная девушка, с ней явно не все в порядке, похоже, что у нее что-то с нервами… – Я вскочила с кровати, бросилась к двери и успела захлопнуть ее за собой до того, как в нее ударилась старая тапка как раз на уровне моей головы. Джош всегда отличался меткостью.

Я проскользнула в свою комнату, улыбаясь сама себе. Я была рада за Джоша, хотя и поддразнивала его. И надеялась, что его вечер сложится удачно. Какое-то время я посидела за столом, но все, что мне удалось, так это соскучиться по Кэллуму. А мысли о Кэллуме привели меня к мыслям о Кэтрин и о том, что она будет делать дальше. Вздохнув, я спустилась вниз, чтобы приготовить себе кофе.

Мне по-прежнему не хотелось пялиться в ящик вместе с родителями, и потому я решила прогуляться. Я взяла с собой кофе в сад, где все еще было достаточно светло для того, чтобы видеть, куда идешь. Для конца июня воздух был удивительно прохладен, и я обхватила себя руками, присев на скамеечку у грядки. И тут до меня дошло, что я не дрожала от холода, а ощущала покалывание в руке, и с облегчением вздохнула: Кэллум таки вернулся.